|
часть 46
серия 125
Николас вскочил с кресла: «Так, и почему я должен Вам помогать? Вы что, уже забыли? Забыли?» - резким жестом указав в направлении щеки, на которой еще недавно красовались синяки и ссадины от кулаков Армандо, он готов был крикнуть еще что-то, обидное, такое, что Армандо сразу бы понял, до какой степени он его ненавидит... но вдруг осекся. Сидевший напротив мужчина просто откинулся в кресле, обреченно прикрыв глаза – и Николас не смог произнести того, что так хотел...
«То есть я поговорю с Бетти», - он смущенно крутился по кабинету, стараясь больше не встречаться глазами с Армандо – «но за Вас заступаться не стану! Ни за что! И, кроме того...» - он вдруг замер, глядя в сторону приоткрытой двери – он сразу понял, что это и был кабинет его подруги – такой маленький, н-да... – «...она хочет, чтобы Вы оставили ее в покое! Отстаньте от нее! Она отдала Вам – и этой компании свою жизнь! И она заслужила отдых! Вот так!»
Ответом было полное молчание. Слышал ли Армандо эти отрывистые слова?
Видел ли Николаса его отрешенный, застывший взгляд? Столько невыносимого, горького отчаяния было в этом лице, что Николас, не произнося больше ни слова, просто вышел из офиса... А черные потухшие глаза, из которых ушла даже тень надежды, невидяще смотрели ему вслед...
В приемной собрались все Уродки – ну как же, такое событие: Николас Мора в Экомоде!
А вот и он сам показался в приемной. Только вот он делает вид, что это совсем не он? Да еще и мимо проскочить норовит? Не тут-то было! Не для того они его тут пасли, чтобы он прошмыгнул сквозь их плотно охваченное любопытством кольцо!
Вопросы на него сыпались, как из рога изобилия – но Николас держался, как стойкий оловянный солдатик, отвечая только одно: мне – запрещено -разглашать – любую – информацию - простите. Произнеся это раз 5, ему удалось вырваться из сплоченного круга. Сказать, что Команда была расстроена – значит, ничего не сказать. Ну как же так? Они уже целых несколько дней ничего не знают!
Но на пути к свободе бедного Нико ждала еще одна засада: в лице Патрисии Фернандес. Она прогуливалась перед дверями лифта – чтобы не пропустить «чертова насильника»...
И вот как пройти мимо – и не погибнуть во цвете лет?
Николас перекрестился – и двинулся грудью на амбразуру... или на ноги...
Маневр не прошел - Пати налетела на него со всем пылом потерявшей мерседес владелицы означенного транспортного средства: он сволочь, негодяй, подлец!!! Она потеряла из-за него машину! Да как у него духу хватило сюда явиться! Она на него в суд подаст! Никаких денег не пожалеет! Она его!!!...
Он попытался скрыться от нее в лифте – дохлый номер! Ни за что! Вытащила его из лифта и...
В коридоре показались Маргарита и Марсела. Увидев эту сцену, Маргарита просто опешила: что происходит? Она никогда не думала, что Пати способна увлечься таким...
Подарив Патрисии беглый полуиздевательский, полуироничный взгляд, Марсела перервела глаза на Маргариту: у Патрисии так давно не было мужчины, что при виде любого она сходит с ума!
От такого? Какой ужас!... – задохнувшись, в полном шоке Маргарите только смогла пожать плечами – и пройти дальше по коридору...
Уже на полном серьезе Марсела посмотрела на Пати: это точно кошмар! Теперь, когда она рассмотрела Николаса – она вообще не понимает, как Патрисия могла так далеко с ним зайти!
Ах, так? Патрисии осточертело молча сносить насмешки: кто-кто, а уж Марсела могла бы помолчать! У ее Армандо вкус еще хуже! Николас хоть носит нормальные костюмы и галстуки – а у той уродливой женщины, которую предпочел Марселе Армандо, и платья-то приличного не найдется! Вот где настоящий кошмар! (и вот тут я ей зааплодировала, молодец!)
И ушла прочь, оставив подругу в бессильной ярости смотреть ей вслед...
КАРТАХЕНА
«Быстрей. Бетти, быстрей, у нас мало времени!» - две женщины спешили вдоль узкой улочки с разноцветными домиками в псевдостароиспанском стиле, с нависающими над улочкой крытыми балкончиками.
«Донья Каталина, после этой пробежки на пляже я просто умираю» - задыхающийся голос Бетти звучал не очень твердо – но был наполнен восторгом и юмором – в конце концов, разве это не смешно, насколько не хотят ее слушаться ноги?
«Привыкай, Бетти» - строгий голос Каталины спустил ее немножко на землю – «эту пробежку придется делать КАЖДОЕ УТРО! Так, нам сюда...» - и Каталина, а вслед за ней и Бетти нырнули в гостеприимно распахнутую дверь.
Внутри... все пространство обманчиво простого интерьера было занято разнообразной одеждой, которую перебирали немногочисленные покупательницы в элегантных шляпах от солнца. Ката решительно подошла к одной из продавцов-консультантов: добрый день!
Добрый день, сеньора! Я могу Вам помочь? – улыбнулась приветливая девушка.
Каталина развернулась к зацепеневшей Бетти и кивнула на нее радушной продавщице: вот этой девушке нужна одежда!..
Часть 98 – серия 126 – историческая!
КАРТАХЕНА
«Донья Каталина, у меня нет столько денег!» - Бетти задержала направившуюся вслед за продавщицей Кату, и смущенно глядя на нее, пыталась найти хоть какой-нибудь предлог, чтобы задержать грядущие перемены – ведь если все усилия Каты пойдут прахом, то умрет ее последняя надежда...
«Вы же знаете, как я ушла из Экомоды. Никаких компенсаций мне не положено, так что я не могу себе позволить новую одежду...»
Каталина улыбнулась – уж если она завела локомотив, то ничто не способно его остановить! А Бетти уже в магазине – и она ее оттуда не выпустит ни за какие блага в мире – или жалобные предлоги...
«Не волнуйся, я вычту эти деньги из твоей зарплаты, но сегодня ты просто обязана хорошо выглядеть!» - в голосе Каты звучала непреклонность. (Забегая вперед – никакие деньги она у Бетти не вычтет: ни за одежду, ни за все остальное – ни даже за новые очки...)
Бетти поняла – бесполезно... Вздохнув, настороженно посмотрела на сияющую Кату: «А что мы будем покупать?»
Та улыбнулась: «Положись на меня!» - и решительно отошла к вешалкам с одеждой.
Оставшись одна, Бетти беспомощно, недоверчиво огляделась: «Так всегда говорит моя мама...» - сомнение по поводу успеха всей затеи окончательно овладело всем ее существом после последней фразы Каталины...
БОГОТА
Подъехавшего к дому Николаса встретила как всегда радостная компания соседей-шалопаев. Когда уже выйдет из отпуска его мерседес? А он сам? А что случилось, где Бетти?
Николас помялся – в общем-то, Бетти не предупреждала его насчет соседей – а похвастаться ею хотелось до жути. И он действительно сумел их удивить – сообщив про конкурс красоты, на котором Бетти работала ассистентом куратора конкурсанток. Но, после того, как подобная бомба была переварена, на голову парня посыпались насмешки – неужели Бетти там в качестве обезьяны, или она просто катализатор для девушек – та, что красивее Бетти – проходит в финал?
На тупые шуточки Николас ответить не успел – и вряд лди вообще собирался – слишком с разных планет они теперь были. Да и проблемы, которые стояли перед ним, были несоизмеримо больше и серьезнее, чем проблема заткнуть этих дураков с мозгами распаренной курицы. А тут еще и дон Гермес вышел на шум – и привычно утащил Николаса, по дороге подтвердив, что Бетти и впрямь на конкурсе – и пусть эти тунеядцы убираются, пока не получили!
Втолкнув парня в дом, Гермес «прижал» его к стене почти в прямом смысле: что там в Экомоде?
Николас осторожно оглянулся – у входа в гостиную стояла с застывшим лицом Хулия. Внешне она была очень спокойна – чтобы муж не догадался – и только беззвучный крик «что происходит?! Не говори ему!» в темных глазах выдавал ее состояние.
Николас взглянул на отца Бетти: «Они просто хотели получить документы, которые Бетти им не отдала...»
Думаете, на этом Гермес успокоился? Ничуть не бывало! Они не сомневаются в его дочери? Там точно все в порядке? Все чисто? Они ей верят?
Николас, как мог, постарался его уверить – и с Гермесом это у него получилось... С ним – но не с Хулией, которая поспешно опустила глаза – смятенный вид мальчика сказал ей больше, чем все его твердые интонации и пламенные уверения во владении ситуацией. Она не поверила ему ни на секунду. Но молчала, стараясь не выдать себя взглядом, пока ее муж привычно распинался о чести рода Пинсон, об их фамильной честности, лояльности к работодателям... И его дочь – достойная продолжательница этих традиций! Ведь она – БЕАТРИС ПИНСОН... СОЛАНО!
В пылу речи он даже не заметил, что последние слова были подхвачены Николасом – сколько раз он их уже слышал за свою жизнь? Оскомину набили. Знал бы дон Гермес правду...
Но... «как не остановить бегущего бизона, так не остановить говорящего Пинсона» - и проповедь продолжалась, правда, тема была уже другой: пусть Николас подумает, как раздобыть денег! Он не собирается жить за счет дочери – и не позволит Николасу жить на деньги его матери! Пора уже самому о себе позаботиться!
А деньги у них в доме кончаются!
Николас это заметил – меню стало беднее... Почему-то эта его фраза вызвала к жизни пламенную речь о том, что деньги – это мираж! Николас и Хулия, напряженно глядя друг на друга, терпеливо ожидали окончания сольного выступления разошедшегося хозяина. Но игра стоила свеч – произнеся все эти избитые фразы, Гермес, наконец, удалился из гостиной с чувством выполненного долга!
Едва оставшись одни, оба сбросили маски - и на вопрос Хулии об Экомоде Николас молча покачал головой: там совсем плохо... Лучше всего будет, если Бетти вернется, чтобы со всеми встретиться, и все прояснить...
Но Хулии этого объяснения было явно мало – она хотела знать, что происходит!
Николас молчал – и тогда она пригрозила: если он не скажет – она пойдет за подробностями к Армандо... Молчание... Она пойдет к Армандо вместе с Гермесом!
Испугавшись то ли за Бетти, то ли за Армандо, то ли за себя – а, скорее всего, за всех троих, Николас разлепил, наконец, губы: он скажет только с том случае, если это умрет в этой комнате!
Естественно, Хулия была согласна: ситуация дикая – Бетти бегает от Армандо. Николас – явно что-то скрывает. Что ни слово – сплошная загадка. В чем дело?!
А шоколадку можно получить? – и сидя на самом краешке кресла, Николас с надеждой взглянул в сторону кухни – вот пойдет Хулия за шоколадкой, а он бочком, бочком... Но донья Хулия за шоколадками не собиралась – упрямство Бетти унаследовала с обеих сторон...
Ну что ж, она сама заказала на свою голову эту бомбу.... Подняв голову, Николас взглянул ей в глаза: «Донья Хулия, дело в том, что Бетти – фактически владелица и Экомоды – и Террамоды!»
Хулия замерла в шоке, глаза наполнились невыразимым ужасом...
А Николас продолжал: «Ее капитал составляет около 100 миллиардов песо!»
Как Хулию не хватил удар?! Вряд ли она когда-нибудь могла представить себе такую сумму – не то, что постичь, что ее дочь ею практически владеет.
«А дон Гермес» - саркастически заключил Николас – «жалуется, что в доме совсем нет денег!»
«Он против! Я просил его – но он непреклонен...» - стоя на пороге каморки Бетти со стаканом с виски в руке, Армандо бесстрастно докладывал Марио о разговоре с Николасом. Марио слушал его, одновременно переключая каналы телевизора – сегодня начинались трансляции различных мероприятий с конкурса красоты – а Кальдерон явно не хотел упустить случай поглазеть на красоток...
Найдя правильный канал, показывающий приезд Президента страны на корабль «Глория», Марио направил свой стакан в сторону друга: «Ты слишком наивен. Чего ты ждал от человека, которого избил до полусмерти?»
Армандо пожал плечами, взгляд его сейчас ничего не выражал – просто смертельно уставший человек: «Так что же мне делать? Ее мама отказалась мне помочь, с отцом лучше не говорить. Бетти в городе нет...» - сев в кресло рядом с другом, он отвернулся от телевизора – меньше всего его сейчас волновали какие-то конкурсы и все на свете президенты...
«Угу, вокруг одни враги»: - хмыкнул Кальдерон – «...злые родители, обманутый жених – и ненавидящая женщина, жаждущая мести...»
«Если б я только знал, где она прячется!» - звучавшее в голосе тоскливое отчаяние отразилось в наполненных горечью глазах... а на экране телевизора, который никто не смотрел, появилась Каталина – и Бетти – улыбающиеся при виде Президента Колумбии...
«Слушай, может, ты что-то не так понял?»
«Нет, все я так понял. Я не знаю, где она, Кальдерон!» - и, оба мрачные, как на похоронах, они отхлебнули по глотку виски...
На миг отвернувшись, Марио вдруг вцепился глазами в экран – показывали президента, флагман – и красоток!!!
Но та же передача, отвлекшая его от проблем, вызвала внезапный взрыв гнева у Армандо: «Выключи! Немедленно! У меня нет настроя слушать про конкурс красоты – и прочую дребедень!»
Взглянув на него, Марио немедленно повиновался: «Да ладно, не нервничай! Уже выключил... Успокойся...»
Встав, он прислонился к двери – и взглянул на друга: «Знаешь, лучше всего в такой ситуации могут помочь красивые девушки...»
И нарвался на еще один взрыв Армандо: «Отвяжись! Мне не до этого! Плевать на них!!! И знаешь...» - Армандо вдруг успокоился и, избегая смотреть на друга, сообщил совершенно нейтрально – «... вчера я, наконец, признался Марселе, что я люблю Бетти!»
Марио припал лбом к косяку двери – он понял и состояние Армандо – и взгляды Марси на собрании...
А Армандо опять взорвался: теперь Кальдерону понятно, почему ему плевать на все конкурсы красоты на свете?
Да, теперь ему все понятно... - с Армандо сейчас явно лучше было говорить, во всем соглашаясь – а то неровен час, и схлопотать можно...
КАРТАХЕНА
Нагруженные пакетами. Каталина и Бетти, наконец, покинули магазин. Ката взглянула на часы: «Так, хорошо, а теперь – вперед!»
И как хороший полководец бодро зашагала к одной ей ведомой цели.
Едва успев пискнуть ей вдогонку «Куда?» и получив непреклонно-уверенный ответ «Без вопросов! Сама увидишь...» Бетти из последних сил рванула за подругой...
БОГОТА
Поглощая булочки и запивая их горячим шоколадом, Николас рассказывал всю историю с компаниями Хулии, слушавшей его с неистребимым ужасом и печатью страдания на лице...
«... И Бетти возглавила Террамоду. Дальше объяснять долго, но, в общем, Террамода наложила эмбарго на Экомоду.»
«Значит, Террамода принадлежат Бетти?!» - Хулия никак не могла осознать этот факт.
«Только на бумаге, донья Хулия... Деньги в компанию вложил Армандо Мендоса, а истинный мозг – это я!...» - Николас пожал плечами – «А теперь она почти владелица обеих компаний...»
Покачав головой, Хулия страдальчески взглянула на Николаса: что-то здесь нечисто...
Николас взглядом попытался ее успокоить: «Все было сделано абсолютно законно – но совсем неэтично! И ситуация сейчас – как этот шоколад – можно обжечься...»
Он помялся с секунду, не зная, как объяснить дальнейшее – и ринулся в бой: «А потом произошло... ситуация вышла из-под контроля. Акционеры все узнали – и Бетти уволилась».
Глаза его собеседницы снова наполнились ужасом – и болью – теперь она поняла состояние дочери перед ее отъездом... Хотя...
А как же компании? Что с ними? – этот вопрос был менее важным – но гораздо более легким!
«Да она, вроде, все подписала, отдала обе компании полностью в руки законных владельцев, даже машину – и ту вернула! Но это – еще не все: теперь эти люди требуют ее возвращения! Нервничают, подключили адвокатов! Все так непросто...»
Неужели Бетти могут посадить в тюрьму? – вот когда Хулия по-настоящему перепугалась... Но Николас тут же ее успокоил: ее не за что сажать в тюрьму. Все сделано абсолютно законно. Ей просто надо вернуться – и снова подписать все документы.
Немного успокоившись, Хулия прикрыла глаза: «Не понимаю, зачем все это нужно было Бетти? Если Гермес узнает – он ее просто убьет! Да и тебя – тоже!»
Николас испуганно взглянул в сторону лестницы – не дай Б-г, дон Гермес Грозный вздумает придти попить водички...
Почему она это сделала? – вот теперь Хулия задала тот самый вопрос, который мучил ее все время его рассказа: почему?!
Посмотреть ей в глаза Николас был не в состоянии: потому что Бетти очень добрая, доверчивая. потому что ее попросили...
Ну нет, Хулия в это не верила... Может быть, ей угрожали? Заплатили?
Последнее предположение вызвало у парня саркастический смешок – если б ей заплатили за это – стала бы она продолжать работать за ту мизерную сумму, которую в Экомоде называли зарплатой?!...
Да нет, дело не в этом – а вот в чем – он не знает, знать не хочет и никаких догадок у него нет!
Хулия сверлила его взглядом: все он знает, не так ли? Бетти влюбилась в Армандо Мендоса!
Николас молчал, но Хулии и не нужен был его ответ – она прочитала его по смятенному лицу этого столь хорошо знакомого ей мальчика...
Господи, она это подозревала – и ей было так страшно... Она чувствовала, что ее девочка в беде, страдает...
Склонив голову почти к коленям, Николас все же не сдался: его это не касается. В это он лезть не собирается – и ничего он не знает!
Хулия схватилась за трубку телефона: она немедленно звонит дочери!
Николасу еле удалось ее остановить: если Бетти поймет, что он все рассказал ее маме – она его загрызет своими брекетами! Неужели донья Хулия давно не была на похоронах? Лучше уж он сам с ней поговорит – а донья Хулия пусть продолжает делать вид, что ничего не знает!
Но поговорить не удалось – примчался Гермес, обругал за звонок по междугороднему телефону – это ведь безумно дорого! – да и Бетти в номере не оказалось...
КАРТАХЕНА
Открыв белую решетчатую дверь, Каталина почти втащила внутрь желто-белой комнаты замороженную Беатрис. Достигнув следующей двери, обернулась к застывшей подруге: Бетти, идем!
Но страх уже выплескивался наружу из охваченной паникой девушки: где они?
Каталина светло улыбнулась: это салон красоты!
Бетти не двигалась, все с тем же ужасом глядя на нее – и на атрибуты фешенебельного салона вокруг.
«Ты обещала слушаться...» - мягкий голос Каты был полон сейчас веселого, но твердого вызова.
Бетти потупилась: «Да, донья Каталина... Но я не могу!»
«Бетти, но ты же сама сказал, что одними платьями – не обойдешься...»
Бетти кивнула: конечно, она это понимает. Но все-таки... Каталина не обязана для нее это делать...
Повернувшись, чтобы уйти, она остановилась от притворно-удивленного возгласа Каталины: а что, Бетти что-то имеет против Салона Красоты?
Упорно не желая замечать истинной причины ее страха, Ката добилась своего: Бетти немного забыла о своем упорном желании сбежать и запереться где-нибудь в конуре, повизгивая от страха перед переменами. Напротив, взглянув на Каталину, она немного недоуменно пожала плечами: да нет, ничего против у нее нет... Просто салон красоты... ну. это такой интимный процесс. В Боготе она посещает один. Там ее все знают, она им доверяет, они делают то, к чему она привыкла...
Ката снова улыбнулась ободряюще: ну а здесь работает один из лучших стилистов страны! Бетти же начинает новую жизнь – не повредит быть смелее. И этот салон станет первой ступенькой на пути к огромным переменам.
Сомнение все еще было написано на лице девушки – и Ката взмолилась: «Ну поверь мне, Бетти, пожалуйста!»
Бетти была тверда: никакой салон, никакой лучший стилист не в состоянии
решить ее проблем!
Ох, вот тут Каталина была полностью уверена в обратном! Но осторожность в сочетании с настойчивостью – залог успеха: «Он просто немного поможет тебе, Бетти. Он ничего тебе не сделает. Обещаю! Ты просто должна попробовать!»
Бетти поправила очки – и подняла на Кату не знающие, на что решиться, глаза. А голос подруги продолжал обволакивать – и Бетти снова подпадала под обаяние несокрушимой веры в чудо: «Я согласна, что стилист не изменит твою жизнь... Но он даст тебе реальный шанс это сделать! Решайся, Бетти!!!»
Секунда – и подхватив брошенные на пол сумки, Бетти решительно шагнула за Каталиной в открытую для нее дверь в другой мир...
Сине-белый, залитый солнцем салон, казалось, ждал ее. Как ждал и Алекс – тот самый волшебник, которому предстояло превратить ее в .... ну, в общем, во что получится... Нет, все-таки она в это не верила – и потому всего лишь следовала за победительно-уверенной Каталиной – вот она-то не сомневалась, что то, что получится – будет прекрасно. Беатрис бы ее уверенность...
Приветствовав обеих, Алекс подвел Бетти к креслу, в которое, забрав у нее все предварительно, Каталина легким нажимом опустила девушку. Но едва Алекс притронулся к ее голове, как Бетти охватила паника – и она прижала руки к своим волосам, оттолкнув его руки в сторону.
Взглянув на Кату, Алекс решил пойти другим путем – и дал Бетти подряд несколько каталогов причесок.
Не помогло – все стрижки были отвергнуты на основании того, что они все - для красивых, элегантных женщин. А на такой уродине, как она сама – это будет смешно.
Алекс в растерянности отступил к Каталине: что делать? Помогать женщинам выбирать или менять стиль – это было привычно. Но воевать с ними?!
Ката пришла на помощь: счастье, что Бетти УЖЕ сидела в этом кресле, но ничего радикального она и впрямь не вынесет... Что ж... Они не будут делать прическу. Просто вымоют хорошим шампунем голову – и сделают волосы немного покороче...
И прибавила одному Алексу слышным шепотом: «И убираем челку!» - прибавив жестами, видимыми тоже только одному ему, что именно она хотела видеть на голове Бетти после его вмешательства...
Бетти слышала, что они о чем-то шепчутся – и сама было не рада тому, что никак не может справиться с этой паникой, с этим душащим ее страхом...
«Да она меня убьет!» - сквозившая в его словах уверенность развеселила Каталину на миг. Но она справилась с приступом смеха – все и так висело на волоске: «Не бойся, скорее меня!» - прошептала одними губами...
Ну что же... Пошли мыть голову!
Каталина шла рядом с Бетти, словно путь на Голгофу – да так Беатрис себя и чувствовала...
Усадив ее в кресло, Алекс накрыл ее простыней... Бетти еще нашла в себе силы пошутить: она как будто у дантиста... И тут же в панике схватилась за очки, которые хотел снять с нее Алекс: ни за что!
Но ведь очки будут мешать – растерялся мастер.
Ката склонилась к девушке: «Я подержу твои очки!»
Бетти подняла на нее растерянные, доверчивые, полные надежды, боли – и предвкушения неизведанного, глаза... Миг... – и медленно, спокойно, так, словно она вручала Каталине всю свою жизнь, она сняла очки – и отдала их ей... Каталина взяла их – и сжала свободной рукой дрожащую ладонь доверившейся ей без остатка подруги: она будет держать эту ладонь все время, она не выпустит ее – она будет с ней, что бы ни случилось – и она вытащит Бетти из ее скорлупы!...
Вцепившись другой рукой в подлокотник кресла, Бетти закрыла глаза. Теперь все зависит от Алекса – и судьбы...
|
