|
часть 45
серия 125
БОГОТА
Услышав этот голос, Команда вскочила – и последние остатки желания поработать во благо родной компании улетучились бесследно... они почуяли запах скандала!
Они что, мешают Патрисии? Ее это задевает? Она что-то имеет против?!
На все три вопроса у Пати был только утвердительный ответ: да, ей это мешает. Сейчас придут Роберто и Маргарита – и она не хочет, чтобы они услышали те сплетни, которые только и делает, что распространяет Команда.
Аура вскипела: да кто она такая? Менеджер? Директор? Вице-президент или президент? Что она себе позволяет?
Патрисия заняла твердую позицию... посередь приемной, аккурат спиной к лифту:
Совершенно верно, в отсутствии официально избранного президента, вице-президента, Марселы и Гутьереса именно она – секретарь президента, становится главным лицом в Экомоде. И все эти секретарши должны ее слушаться, затаив дыхание!!!
Довольная эффектом своей только что произнесенной речи, полной тишиной и опущенными глазами женщин, каждая из которых вдруг начала озабоченно изображать рабочую обстановку, Патрисия решила закрепить завоеванные позиции: вот это ей очень нравится. Именно так все и должно быть: она – приказывает, они – выполняют!
«Доктор Фернандес!» - раздался сзади низкий холодный голос – и Патрисия как ошпаренная отлетела в сторону, - «А что Вы прикажете делать нам?»
Несколько минут назад вышедший из лифта Даниэль, вместе с адвокатами молча наблюдавший сцену «укрощения непослушных секретарш», презрительно мерил глазами Патрисию...
Уродки, почуяв, что вот сейчас-то и начинается самое интересное, срочно заняли места в партере – попросту выстроились возле столов Сандры и Марианны – и с наслаждением погрузились в зрелище, развертывающееся перед их глазами.
А Патрисия расплылась в улыбке, больше похожей на гримасу от пчелиного укуса, но густо сдобренной медом: «Привет, Даниэль! Как хорошо, что ты здесь, потому что у меня проблемы с персоналом!» - она обвиняющим жестом указала на шестерых женщин напротив – «Они совсем не хотят работать, только и делают, что сплетничают. Может, они тебя послушаются?»
«У вас забастовка?» - обернувшись к Команде, спросил Даниэль с плохо скрываемым юмором в голосе, но стараясь казаться суровым... Уродки дружно отрицательно замотали головами: нет, никогда!
А София еще и добавила – для пущей убедительности: им пришлось делать еще и работу Патрисии, потому что сеньорита соизволила придти только несколько минут назад!
Патрисия было возмутилась, но Даниэлю все эти разборки уже прискучили, у него были дела куда серьезнее, чем эти комариные укусы. Повернувшись к Патрисии, он решительно бросил: «Патрисия, завари нам кофе и принеси в зал заседаний!»
Адвокаты прошли вперед – но сам Даниэль был остановлен на полпути весьма настойчивым призывом Пати: «ДАНИЭЛЬ!!!»
Добившись его внимания она продолжила: она была бы весьма признательна ему, если б он перестал выставлять ее служанкой перед чужими людьми!
И зачем она это сказала? Даниэль немедленно обернулся к адвокатам – и пригласил их воспользоваться любыми услугами, которые может предоставить сеньорита Фернандес. Будь то варка кофе – или уборка квартиры. Не говоря уже обо все остальном...
Дальнейшие возражения Патрисии пролетели просто мимо его ушей: единственно, что его интересовало – это Беатрис. Она придет?
Кислое выражение пришлось быстро убрать с лица – и Патрисия пожала плечами: она не думает, что Бетти придет. Ее подруги уверяют, что ее нет в городе.
Даниэль взглянул на Команду: и чем же сеньорита ТАК занята?
Ответить никто не успел – снова врезалась Пати: да чем она так может быть занята? Цену себе набивает!
Но Даниэль явно не нуждался в комментариях этой дуры, которая по какому-то кошмарному капризу судьбы была подругой его сестры – и теперь выказывала явную осведомленность в призрачном положении компании – что было уж совсем лишним в данной ситуации. Посему, ни слова не ответив, даниэль просто молча на нее взглянул: он хотел кофе в зал заседаний! Без сахара – и побыстрее!
КАРТАХЕНА
Торжественная, летящая музыка струилась над морем, пронзая сердца родных, встречающих экипаж «Глории» после шестимесячного отсутствия, и многочисленных зрителей, собравшихся здесь, чтобы увидеть прибытие флагмана флота Колумбии...
Корабль был прекрасен: белый, легкий, он скользил по морю с грациозностью лебедя. Только вместо лебединых крыльях у него были стройные, устремленные ввысь, как мечта, мачты...
Но было в этом зрелище что-то странное, что-то необычное и невыразимо прекрасное: снизу доверху, на всех реях (поперечные перекладины?), во весь рост, держась за руки, стояли члены экипажа корабля – и их голоса сливались с голосами всех тех, кто, потрясенный этим величественным зрелищем, выплескивая рвущиеся наружу эмоции, подпевал в такт льющейся над морем музыке...
Забыв обо всем на свете, светящимися как солнце глазами, за этим необыкновенным зрелищем наблюдала Бетти. Стоявшая рядом Каталина с мудрой улыбкой матери, подарившей величайшую радость своему ребенку, наблюдала за ней – и расцветающая на лице подруги жизнь зажигалась ответным огнем в ее глазах...
БОГОТА
Услышав звук открывшегося лифта, Патрисия подскочила: из лифта вышли Роберто и Маргарита. Она было бросилась к ним с поцелуями – но застыла, не успев прикоснуться к щеке Маргариты – таким арктическим холодом окатили ее глаза женщины. (Правильно, это тебе не с будущими родственниками подруги целоваться – Роберто опять президент – значит, ты всего лишь подчиненная, а не подруга Марселы!)
Роберто интересовало собрание: все на месте?
Собственно, поведала Патрисия, на месте только Даниэль и адвокаты. Армандо и Марио сидят в его бывшем офисе, а Марселы пока нет.
«Ну... а эта женщина?» – назвать Бетти по имени у Маргариты язык не повернулся... – «она – здесь?»
Нет, ее нет, она не знает, придет ли Бетти вообще – и вообще-то об этом лучше спросить у Армандо, - Патрисия была очень решительно настроена...
Что ж, значит, надо позвать в зал Армандо и Марио. Пусть Пати передаст... -
Роберто, как всегда, был сух и немногословен...
Не успела троица скрыться в направлении зала заседаний, как из лифта появилась Марсела. Алебастрово-белое лицо, на котором угольями горели мрачные черные глаза, ничем не выдавало вчерашней трагедии. И все же, рассказав ей диспозицию в компании на текущий момент, Сандра и Марианна проводили девушку недоуменным взглядом... Что-то изменилось в ней со вчерашнего дня... Стала она суше? Проще? Менее надменна? Или, может, на них произвели впечатления ее слишком накрашенные глаза? Или почти черные губы? Или неестественная, неподвижная как маска, красота ее лица?
Кто знает... Девушки и сами бы этого не смогли сказать – но продолжали удивленно смотреть ей вслед...
Открыв дверь в зал заседаний, Армандо и Марио застали процесс приветствий всех всеми в самом разгаре... Однако на их «Доброе утро» - никто не отозвался, только Роберто знаком показал присаживаться... Что ж, пригласив друг друга садиться, они опустились в кресла.
Едва дождавшись конца этого демонстративного усаживания, Даниэль, не глядя на Армандо, открыл рот: может кто-нибудь сказать что-либо внятное по поводу доктора Пинсон Солано? На Армандо он смотреть явно не мог – поэтому предпочел из двух зол – меньшее – то есть Марио Кальдерона (наивный...).
«Когда она соизволит придти?» - он развернул часы в сторону Армандо.
Внимательно приглядевшись к стрелкам на циферблате, тот отвел глаза – и принялся внимательно изучать стол: «Нет, Беатрис на встречу не придет!»
Общий шок при этом известии был просто оглушителен. Даже Роберто соблаговолил открыть рот не для проповеди или приказа – а для растерянного вопроса: как это, не придет?
На один короткий миг подняв на него серьезные глаза, сын пожал плечами: «Папа. дело в том, что ее нет в Боготе...»
Сощурив глаза, Марсела устремила на Армандо сочащийся ядом взгляд: «Могу поспорить – ее задерживают очень важные дела!»
КАРТАХЕНА
Торжество по поводу прибытия «Глории» продолжалось.
Каталина повернулась к Беатрис: «Пойдем со мной. Я хочу поздороваться с президентом – и представить ему тебя.»
Беатрис всполошилась: «Донья Каталина, как я выгляжу?»
Глаза Каты полыхнули торжеством: «Ну, слава тебе, Господи, тебя стали волновать подобные вопросы. Значит, ты начинаешь осознавать, как много значит внешний вид! Обещаю тебе: это – последнее мероприятие, которое посетит прежняя Бетти!»
Поднявшись вслед за Андресом Пастрана на корабль, Каталина, поздоровавшись, представила ему Бетти. Несколько секунд разговора – и время для аудиенции вышло. Обе отошли в сторону и, постояв еще немного рядом, углубились на корабль, прошли на нос, наблюдая за радостно-плачущей толпой на пирсе.
Каталина улыбалась: это самый лучший момент в жизни моряка и его родных. Ведь корабль полгода не был в родной гавани, целых полгода они были оторваны от своих семей! Какое потрясающее зрелище!
БОГОТА
Придя в себя, Роберто обрушился на сына: «Тогда мы собрались здесь зря! Нам нужно было поговорить с ней. А если ты знал, что ее не будет – ты должен был отменить встречу, Армандо!»
Не поднимая глаз, он с трудом выдавил из себя эти слова: «Нет, она передала, что присылает своего представителя...»
Презрительное отношение к любому представителю со стороны Бетти можно было черпать ложками в вопросе Роберто: кто этот представитель? Где он?
«Он сейчас придет. Это... Николас Мора...» - зацепенев, по-прежнему стараясь ни на кого не смотреть, он вытолкнул из себя эти несколько слов.
Но эффект от них был поразителен: такого единодушного саркастического смеха это зал не помнил уже давно...
«Как мило! Она присылает нам для переговоров своего любовника!»
Минутный взрыв смеха (правда, ни Армандо, ни Марио не разделили всеобщего веселья – что с Николасом надо считаться по-серьезному, они уже хорошо поняли) – и снова гробовая тишина... Все ждали...
серия 125
БОГОТА
Вприпрыжку бежавшая за официанткой из буфета Патрисия громко требовала выяснить у акционеров, что именно они хотят попить-поесть – это ведь работа официантки, а не секретаря президента!
«После потери мерседеса ты стала еще противнее, чем была» - огрызнулась девушка – и скрылась за дверью, оставив потерявшую дар речи Пати уворачиваться от смешков Сандры и Марианны.
«Мой мерседес...» - простонала она – «Чертов Николас Мора! Никогда его не прощу!»
Вспомни дурака – он появится? Кажется, так? Даже если и нет – не важно – потому что в этом случае примета сбылась – из лифта появился Николас.
Нет, он честно пытался просочиться незамеченным. Но и подруги Бетти, и Патрисия его заприметили… А дальше трогательное зрелище Патрисии в образе разъяренной фурии заставило бы затрепетать самые закаленные сердца! Но к сердцам Сандры и Марианны данное определение не подходило – и они с крайним удивлением и восторгом наблюдали за попытками Пати пнуть чем-нибудь ну очень тяжелым в «любимого». Приложив определенные усилия, Николасу удалось увернуться от «его Пати» - и он «огородами, огородами…» просочился в зал заседаний.
«Здравствуйте!»
Голос вошедшего в зал заседаний Николаса заставил всех поднять на него глаза – или обернуться… Зрелище, конечно, было не из слабых. Единственным, кто мгновенно отвел от него глаза, был Армандо – остальные, забыв о приличиях, вовсю рассматривали жениха Беатрис.
«Я Николас Мора, пришел от доктора Бетти. Прошу вас покороче, у меня – плотный график.»
После секундной паузы от ступора, вызванного явлением Николаса, первым очнулся Роберто – и пригласил сесть друга Беатрис.
Марио, рядом с которым тот оказался, в первый раз рассмотрев Николаса, тщетно пытался потушить на лице изумление, граничащее с хохотом. Впрочем, он был далеко не одинок в этом стремлении. Только Армандо, низко склонив голову, продолжал упорно смотреть в стол…
«Доктор Мора», - начал Роберто, - «Нас очень удивляет, что доктор Пинсон не пришла на эту встречу!»
Николас пожал плечами: «Не знаю, сказал ли вам доктор Мендоса, что ее нет в городе – и что ее не будет еще некоторое время…»
Армандо вдруг на миг поднял на него глаза… некоторое время…
«А доктор Пинсон знает о причинах этой встречи – и о том, что она нам очень нужна?» - вступил в разговор Даниэль.
Марсела, пребывавшая до этого момента почти в полной прострации, подняла глаза…
Ответить Николас не успел – за него это сделал, не глядя ни на кого, Армандо: Бетти же каким-то образом узнала, что эта встреча состоится, хотя сам он с ней поговорить не смог – с того самого момента, как она ушла из компании.
Он напряженно улыбнулся – правда, улыбкой это можно было назвать с большим трудом…
Николас «подхватил мяч»: «Знает она о встрече, знает. Хотя, конечно, подробности ей неизвестны… Но она попросила меня быть ее представителем. Я ведь, так понимаю, разговор пойдет о Террамоде? А я - управляющий этой компанией. И занимаю этот пост с момента основания компании.»
Взгляд Марио стал острым – кажется, он вдруг начал понимать, что не был далек от истины в определении Николаса (правда, с обратным знаком). И, что не стоит смотреть на странную внешность Николаса – лучше посмотреть в его глаза – и прислушаться к словам…
«Доктор Мора» - в игру вступил один из адвокатов – «Вы, конечно, управляющий Террамодой – но Вы – не ее владелец. И, следовательно, не имеете права юридически распоряжаться отменой эмбарго в отношении Экомоды, как и обратной передачей прав на Экомоду в руки действительных владельцев компании».
Николас согласился с этим – но Бетти же подписала все бумаги?…
И тут же отшатнулся от металла, зазвеневшего в голосе Даниэля: «Этих бумаг недостаточно! Она прекрасный экономист, у нее степень доктора – но она же не юрист! А такие вещи так не делаются!»
Пожав плечами, Марсела перехватила инициативу – яд так и сочился от ее слов, только вот кому она их говорила? Себе? Акционерам? Или… Армандо?
«Ну, если только она и впрямь намерена вернуть нам компанию…»
Николас вскипел: на что намекает сеньора?!
«Где доктор Беатрис?» - язвительности Марселе тоже было не занимать…
Но Николаса так просто было не пронять…
«Простите, но я не могу Вам ответить. Она не разрешила мне говорить, где она!
Доктор знает, он ведь приезжал к ней домой...»
Армандо поднял застывшие глаза: на него в упор смотрели язвительно ошарашенные глаза бывшей невесты... То, что Армандо оказался способен приехать домой к пусть любимой, но предавшей его девушке!...
А Николас молча ждал дальнейших вопросов, даже не подозревая, какую бурю поднял, так небрежно бросив последнюю фразу...
Марсела, наконец, с усилием отвела взгляд от смятенного лица и беззвучно мечущихся глаз Армандо – и снова «одарила» Генерального директора Террамоды: «Разве это не подозрительно?»
«Было бы подозрительно, если бы никто не пришел вообще. Но я пришел – от имени нас обоих!» - первоначальное смущение Николаса перед солидным собранием прошло окончательно – и теперь, сообразив, кто есть кто в этой комнате, он был не намерен давать им спуску!
«И все равно этого недостаточно!» - снова холодный голос Даниэля.
Пожав плечами, Николас ответил ему таким же холодным взглядом: «Что же, тогда вам придется подождать, пока она не вернется, ясно?»
«И когда она вернется?» - это уже Роберто...
«И этого я тоже не могу вам сказать!» - Николас уже отбросил все церемонии – разговор получался жестче, чем он ожидал...
«Ну я же говорю - подозрительно» - ехидно пропела Марсела, «Еще как» - подхватил ее брат – и склонился поближе к Николасу, стараясь придать своим словам как можно больше веса: «Доктор Мора, если доктор Беатрис не появится здесь в ближайшее время, нам придется принимать совсем другие меры!»
Услышав это, Николас вскочил – и его вдруг зазвучавший раза в три сильнее голос заставил всех приковать к нему взгляды: «О чем это вы? Какие меры? Прекратите ей угрожать! Она не одна – у нее есть я!»
На то, что этот смешной и нелепый парень способен угрожать – никто не рассчитывал. И Роберто пришлось взять на себя роль миротворца: извините, успокойтесь, сядьте...
Выполнив его просьбу, Николас взглянул на Роберто, как раз в этот миг произносившего: «Если Беатрис не в курсе причин, по которым она нам так здесь нужна, логично было бы дать ей время их узнать...» - он коротко взглянул на всех – «И дождаться ее ответа...»
Мгновенная надежда пополам с отчаянием зажглись в лице Армандо – быть может, сейчас он услышит Бетти...
«Вот телефон» - короткий кивок Даниэля нарушил всеобщее оцепенение – «Позвоните ей...»
Николас взял трубку: «Ну да, телефон... да она сама звонит домой каждый вечер...»
Неожиданно обреченно взглянув на Армандо, Марио поймал взгляд друга – напряженный, ждущий – и, тем не менее, спокойный, ушедший в себя, словно был твердо уверен в отрицательном ответе Николаса.
«...И сегодня вечером я передам ей все, что вы попросите, ясно? И свяжусь с вами...» - между тем продолжал Николас...
«Одни загадки...» - хмыкнула Марсела. Пытаясь из всех сил оставаться спокойным, Роберто сосредоточенно рассматривал собственные руки: «И когда, по вашему, будет ответ?»
Николас взглянул на часы: у него другая встреча, а он уже опаздывает!
Армандо поднял на него тяжелый взгляд – какая там может быть встреча, он хорошо понимал... Николас же нигде больше не работал...
«Завтра» - наконец разлепил губы тот...
«Отлично!» - облегченно подхватил Роберто, - «Встреча окончена! Встретимся завтра, здесь же, в это же время!»
И повернулся к адвокатам – пусть зайдут к нему домой, вечером – им надо кое-что обсудить... И всем – спасибо!
Маргарита взглянула на собиравшегося ухеодить мужа – они встретятся вечером, дома...
«Что же, значит, мы поговорим вечером – или завтра утром...» - при этих словах Николаса Армандо чуть отодвинул свое кресло от стола и весь подобрался – ни дать ни взять, тигр, приготовившийся к броску...
«Спасибо, мне пора, у меня встреча – и я уже опоздал...» - Но, направившись к двери, выйти из зала Николас не успел: распрямившись, как пружина, Армандо одним движением резко отбросил кресло и встал в дверях – не обойдешь.
«Можно с Вами поговорить минутку, сеньор Мора?»
Опасаясь встречаться с ним взглядом, Николас склонился к часам: «Не сейчас, я уже опаздываю. У меня другая встреча, я же сказал...»
Впервые Николасу предстояло испытать на себе, каким может быть Армандо, когда что-то до смерти нужно ЕМУ. Положив руку на косяк двери и приняв обманчиво расслабленную позу, так, что Николас смог бы пройти мимо, только решившись на открытый конфликт с ним, он пристально взглянул ему в глаза: «Всего пара минут!»
Наблюдавший с минуту с интересом за этой сценой Марио отвернулся – ему было понятно все – и навсегда. Зато Даниэль, Маргарита и Марсела внимательно следили за Армандо – но только одна Марсела понимала до конца, какая буря таится за этим внешним, сдерживаемым железной рукой, спокойствием ее бывшего жениха. Не выдержав, она ехидно подсказала: «Прошу Вас, сеньор Мора! Армандо очень волнуется, что от Беатрис нет новостей!»
«Не надо иронии, Марсела!» - на долю минуты Армандо повернулся в ее сторону – и, охватив взглядом всю троицу, прекрасно понимая, что рискует оказаться под шквальным ветром вопросов, тем не менее, спокойно и твердо глядя на них, продолжил: «Ты прекрасно знаешь, что для меня это очень, ОЧЕНЬ важно!»
Осекшись, Марселе только и оставалось, что беспомощно за ним наблюдать.
Взглянув на него внимательнее, Николас больше не прибавил ни слова: повинуясь пригласительному жесту Армандо, он вышел из зала...
Вслед за ними поднялись все остальные. Они увидятся завтра – если ЭТА ЖЕНЩИНА появится...
Дождавшись, пока выйдут адвокаты, Маргарита повернулась к Марселе: где эта женщина? Что здесь вообще происходит?
Марсела встала: они могут поговорить. Она может поспорить – Беатрис где-то просто прячется...
Случайно повернув голову назад, Марси вдруг обнаружила за спиной Марио. Незамеченный, он пытался подслушать. О чем будут говорить бывшая невеста – и мать друга. Вдруг разговор пойдет о чем-то. что и им с Армандо неплохо бы знать?
Но ему не повезло... Под строгим взглядом Марси пришлось ретироваться из зала...
КАРТАХЕНА
Торжество было окончено. Опустела «Глория». Бетти и Каталина спускались одними из последних. Обе просто бурлили от эмоций: «Что скажешь, Бетти? Прекрасное начало дня!»
Каталина сияла вдвойне , ибо наконец-то она видела на лице подруги не тоску, не боль, не растерянность – а радость, которая не покидала ее с самого утра!
«Так, сейчас надо найти Каталину Акоста – а потом мы едем в город...»
Улыбка мигом слетела с лица Беатрис: а куда они едут?
Каталина рассмеялась: ну нет, она ей не скажет – это секрет! А то Бетти снова плохо станет... Но у них – очень важная встреча!!!
БОГОТА
Войдя в свой бывший офис, пригласив сесть опасающегося подходить к нему слишком близко Николаса и сам опустившись в кресло, Армандо снял очки. Увидев его глаза, поначалу отказавшийся было пойти ему навстречу Николас вдруг передумал – и опустился на стул.
«Я сяду... только скажите, что Вам нужно от меня?»
Армандо потер руками усталое от бессонных ночей лицо – ах, если б он мог действительно попросить о том, что было ему нужно, как воздух – и знать, что Николас постарается ему помочь... Но это – мечты... А Николас ждет ответа... И он сказал то, что мог – и должен был сказать – хотя это и не было тем, чего он хотел...
«Николас, все, что мне нужно – это чтобы Вы попробовали заставить Бетти задуматься... Я знаю. что она очень обижена всем тем, что произошло – но ситуация выходит из-под контроля, Николас!»
Он так пытался говорить спокойно, так старался «держать лицо», не дать волю чувствам, не позволить себе молить Николаса сказать, где Беатрис. Но глаза выдавали его, эти тоскующие глаза – и руки, которые ни на минуту не могли оставаться спокойным. И если Николас хоть на минуту смог забыть обиду и привкус той драки, может эта история закончилась бы быстрее?...
Но Николас не желал ни видеть, ни понимать того, кто так сильно оскорбил, унизил – да попросту растоптал его друга – и избил его самого – и потому блуждал взглядом где угодно – только не в направлении говорившего человека.
«Я понимаю, что она хочет отомстить – это понятно! Но она не может игнорировать Совет!» - продолжал Армандо...
Николас вдруг неожиданно уперся взглядом ему в лицо: «Насколько я знаю, Совет много раз игнорировал Бетти – так почему бы и ей хоть раз не отплатить тем же?»
И снова отвел глаза – куда бы ни смотреть, лишь бы не на Армандо!
«Я знаю, знаю...» - Армандо поднял голову – он уже понял, что все бесполезно – но вдруг удастся достучаться? Вдруг? – «Но дело в том, что своими действиями она создает о себе неправильное впечатление! Вот что я хотел Вам объяснить: Компания фактически у нее в руках. И все останется по-прежнему, пока Бетти не придет сюда лично! Пожалуйста, Николас, скажите ей, пусть она об этом подумает! Скажите, что я ПРОШУ ее остановиться...» - он уже просто умолял его...
Но Николас и Бетти недаром были друзьями: Николас точно так же ничего не видел и не слышал...
«И Вы считаете, что Бетти станет поступать, как Вы хотите только потому, что Вы ее об этом просите?!» - хмыкнув, саркастически осведомился Николас.
«Нет, я это знаю!» - Армандо опустил глаза – слишком много боли таилось в них –но Николас все равно ничего не видел... душевная слепота – наказание в жизни не меньшее, чем слепота фактическая...
«Я знаю. Просто я хочу, чтобы Вы ей объяснили, что если она хочет выйти с честью из всей этой ситуации – то она ДОЛЖНА придти, ДОЛЖНА подписать все эти бумаги...»
И, не переводя дыхания, не давая себе ни минуты подумать, правильно ли он делает, да и вообще – ЧТО он делает, Армандо быстро произнес: «Николас... я прошу Вас о личной услуге!» - на один миг взглянув куда-то в сторону, он все же ринулся в этот омут: «Попросите ее мне позвонить. Мне до смерти надо с ней поговорить! Прошу Вас, пожалуйста...» - голос его упал до шепота, он уже не прятал от Николаса страдающих глаз, на глубине которых затаилась безумная надежда, что вот этот когда-то избитый им мальчик вдруг поможет – и свершится чудо... и закончится это невыносимое одиночество... и она вернется...
|
